Записи за месяц: Ноябрь
23:45 

У меня очень странное состояние, я проспала два часа, потом с перерывом на одну пару двадцать часов залпом (или чуть больше), потом с перерывом на магазин и прибраться еще часа три и снова хочу. Учебного ничего не хочу, хочу отчислиться к черту, но мне, конечно, не хватит решимости, чтобы прийти и заявить, что я отчисляюсь.
Депрессивные симптомы вроде бы кончились две или три недели назад, потом начался период жуткой бессонницы, потом снова пришла тревога, и так я качаюсь непонятно откуда непонятно куда.
Хочется много времени проводить с А., а больше у меня на данный момент нет интересов в жизни.

00:48 

Вести с полей: мне весь день НОРМАЛЬНО. Временами даже хорошо.
Это настолько неожиданно и резко, что я весь день в легком охуении.

16:21 

Всё плохо, всё очень-очень плохо.
У меня начались высеры в голове, что я не заслуживаю/не имею права, есть еще относительно вменяемые высеры, ну, например, я не имею права на нежность, не заслуживаю ничего хорошего, а вот сегодня я сорок минут не могла поесть, потому что такие ничтожные люди не должны есть, и я запихивала в себя картофан и рыдала, запихивала и рыдала.
Вчера тоже рыдала, все время рыдаю от любых поводов. Голова потом болит, а таблеток нет нормальных.
Бесит это всё.
Сегодня еще занятие с ученицей должно быть, позавчера в сонном состоянии я ее дезинформировала относительно неких грамматических вещей и теперь мне стыдно (и это все добавляется, что я мало того, что мерзотный человек, так еще и мерзотных германист), и я надеюсь, что она всё забыла. Но занятие мирно прошло, без 37 личностей, просто делали "домаху" и "упражненьки".
Блин, я вообще не должна преподавать немецкий язык, это абсурд какой-то, торжество непрофессионализма и все такое. Очень стыдно. Очень стыдно за это всё.

00:20 

Выпила 16 (шестнадцать!) таблеток афобазола - остался у меня с февраля, когда у меня была надежда лечиться безрецептурными препаратами.
То есть я подумала: плацебо-плацебо, конечно, но ведь какой-то транквилизатор там запрятан, а при передозировке обещают седативный эффект, ну я и маханула почти три максимальных суточных доз (там как бы 3 таблетки в сутки, но можно 6), и что, И НИЧЕГО.
Залезла в интернетик, пишут, что нормальная передозировка наступает при превышении в 40-50 раз. Это что вообще. Что это вообще такое.
ВЕРНИТЕ МНЕ ФЕНАЗЕПАМ СУКИ :weep2::weep2::weep2:

21:32 

Вчера мне сказали нечто очень обидное и грубое, потом, конечно, извинились, но я все равно сегодня рыдала полдня, пока не выцыганила еще пояснений, что нет, ничего плохого, ничего страшного не имелось в виду, а просто так вышло, нехорошо, но не враждебно.
Рыдать перестала, зато поднялась температура, я рисую девиантные картины, про всякие истязания, получается плохо, а еще я мерзкая, я сморкаюсь в свою простынь (а потом сплю на ней). Как-то совершенно все равно.
По комнате разбросаны дикие рисунки, пробки от сидра, пустые бутылки от милкиса, куриные кости, бумага, пакеты, одежда - в общем, все разбросано, и нет никаких сил это все прибрать. Зато тренирую память - и почти сразу в этом сраче все нахожу.
Можно ли меня полюбить.
Можно ли меня полюбить со всем этим, с моей демонстративной чертой, с моей иронией, с моим умением отвлекаться, с моей нестабильностью - с этим всем.
Я рисую схему своей личности, мне говорят: к чему расщеплять себя, а я не знаю, я не умею иначе, как будто бы меня это не мучает, как будто я не хочу быть целой.
Я напилась сидра, надеялась, что пропадет тревога, но она не пропала, но надо, что ли, попробовать заснуть.

20:06 

Оля зато, видимо, решила, что у меня все-таки что-то есть и принесла мне сегодня внезапно шоколадку с вопросом, как я. Есть еще что-то хорошее в мире.
И А. без моих просьб предложил принести мне еще вкусного чая, который я просила когда-то давно, потому что в моих магазинах он не продается, и я сегодня думала про это и плакала.

Вообще про состояние. А., конечно, правильно говорит, что не надо чуть что и лапки кверху, и прятаться за диагноз. И что диагнозы нужны для классификации, а есть естественное функционирование психики и его надо в себе принять (не отменяя, конечно, в тяжелом состоянии, таблеток). Но это все так сложно. Действительно легче воспринимать депрессию как что-то чуждое, что-то внешнее, от чего можно избавиться, читать МКБ, говорить "рецидив" и думать, что ты болен, а когда-нибудь станешь здоров. А ты не станешь здоров, потому что всегда будут тревоги, всегда в той или иной мере будет недостаток сил, ты будешь жить с деперсонализацией (в нормальном состоянии - легкой), будешь жить с наблюдателем, шататься от гимназистки к лингвисту, будешь нестабильной, и всё это тоже ты, и нет какого-то идеального здорового состояния.
Год назад я была ближе к принятию этого в себе как своих особенностей. А потом что: большое депрессивное расстройство тяжелой степени, психиатрия, нейролептики, и я понадеялась, подумала, что всё то время с шестнадцати лет - было больным, что я смогу жить иначе, что я смогу быть деятельной, что нейролептики решат мои проблемы.
Проблемс. Траблз.
Нет, не решат, конечно. Я ведь даже когда это всё пила в полной мере не отличалась особой стабильностью.
Надо как-то жить с этим, надо отдохнуть за выходные и попытаться снова ходить в университет. И все-таки слезть с таблеток хотя бы через месяц.

19:50 

Самое гадкое: я все время жду прихода наблюдателя.
Мне уже нормально в плане депрессивной составляющей (грустненько, но терпимо), тревога тоже терпима, разве что сил очень мало и ни на что не хватает - но это напряженное ожидание, с каким-то даже сладострастием и неконтролируемыми фантазиями на тему - есть. То он в углу появляется в виде огромного таракана, то просто голосом, и хватает за сердце, очень-очень больно, и никак от этого не избавиться, и я понимаю, что он не придет, что я не смогу спросить, не смогу поговорить, но долгое время меня это не тревожило, а сейчас тревожит.
В общем-то, меня это никогда не тревожило: в феврале я хотела, чтобы он поскорей сгинул, замолчал, притаился - и вот он притаился, сейчас, конечно, он более активен, чем когда я пила много таблеток, но в целом его присутствие не мучительно, но мне надо поговорить.
И тут, конечно, беда, потому что я прекрасно понимаю, что если я начну вести реальные беседы с наблюдателем, то это уже психоз, а я не хочу психоз, но меня его незримое присутствие больше мучает, что вот он хочет, вот чего он хочет.

01:36 

Оля меня сегодня ошарашила.
Я приползла на две последние пары, мрачная и печальная. Вчера писала ей, что могу не прийти, потому что обострение, и в целом на протяжении двух недель ситуацию описывала.
И спрашивает меня Оля:
- Что с тобой?
- Ну, у меня, так сказать, приступ.
- ДА НЕТ У ТЕБЯ НИЧЕГО.
Пришлось огрызаться, что я, наверное, лучше знаю, что у меня есть, а чего нет.

Оля вообще добрая милая девочка, которая просто не знает, что такое депрессия. Мне это даже умилительно. Как она мне в феврале советовала релакс-комнату и "от всех этих мыслей такие состояния".

На педагогике сегодня была лекция про дифференциальную психологию - для самых маленьких, поэтому очень скучно. Весело зато было потом, когда та же Оля в красках описывала мне, что она осознала, что она тревожно-сомневающийся тип, а хочет быть демонстративным. И так весело причем. Я была по возможности мила и просто спрашивала, зачем это нужно, но так и подмывало, после всей этой недельки с чудной тревожной симптоматикой, когда я спать не могла и на улицу страшно выйти, спросить, ЧТО ВЫ ЗНАЕТЕ БЛЯТЬ О ТРЕВОГЕ. То есть это конечно нехорошо кичиться своими диагнозами и обесценивать проблемы других, как говорит нам просвещенная общественность, но я просто не могу, когда мне весело и радостно, хихикая, что-то сообщают про тревогу.

Зато очень люблю Сквайрс. Написала ей во вторник проникновенное письмо, что мне плохо, что я скорее всего не приду, она очень по-доброму с пониманием ответила, назвала меня Машенькой и вообще все так мило.

Мне тем временем несколько лучше. По крайней мере, две ночи я спокойно засыпала (потому что перед этим гуляла с А., а после этого я в принципе так или иначе успокаиваюсь), и тревога и отвращение ко всему несколько уменьшились. Сегодня только вот нехорошо вышло: после этих двух пар и общения я вымоталась очень сильно (сил все-таки мало), легла полежать и заснула и не знаю теперь, что делать. Завтра по идее первой парой господин Лист, но, наверное, он опять меня не увидит.

В целом, я скорее оптимистична, то ли хоть и не очень большие, но все-таки вменяемые дозы антидепрессантов не дают симптоматике разгуляться, то ли еще что, но это явно не большой эпизод, как было в феврале, и, наверное, через недели две я буду в относительной норме.

doppelt-gemoppelt

главная