• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
22:24 

А теперь я жру йогурт с ревенем.

00:43 

Вообще, хочется смотреть "Клаустрофобию" и плакать. 30 мая это, кажется, было. И несколько прекрасных часов после - когда ты совершенно чист и измотан, а вокруг яблони и сирень, вечер, ветер, эта длинная-длинная однообразная дорога до "Динамо" и вдруг такое ясное осознание, что "Проспект Космонавтов" и вправду похожа на космическую лабораторию с этими зеркальными колоннами.

Они вот переехали, никакой теперь избушки. Да ладно избушки - до августа ничего (если я, конечно, не сдам пять экзаменов до шестого июня). Записей "Клаустрофобии" в интернете нет, "Маскарада" тоже нет. Есть "Гамлет", есть "Годунов" - последнего я даже скачивала, лежит где-то.
Очень хочется в Екатеринбург.
...
Я хотела написать печальную запись о том, что мне снятся дурные сны, то о том, как меня хотят скормить змее, то просто какие-то военно-апокалиптические, и от этого просыпаюсь в дрожи, и ничего не могу делать, и засыпаю всё в той же дрожи (от другого). И сплю при этом много, хотя до этого недели две просто как петушок - в восемь утра, даже если можно намного позже.

Так вот - я хотела это всё написать и сдобрить причитаниями, но пришла соседка, и говорит, что Конек-Горбунок - это "Horse with Osteohondroz".

22:51 

На филевской линии ездит поезд Маяковского. Заходишь, а на тебя - лысый и грозный. И стихи нарисованы на бордюрах и потолке.
Вообще, ветка странная, медленная-медленная, почти всегда - по земле.

В мастерской Фоменко на удивление приятные спектакли - что "Носороги" неплохие были, и сегодня тоже. Правда, меня посадили куда-то вбок, в угол, так что периодически летающего актера перекрывала решетчатовидная декорация, но ничего.

У меня удивительное умение от умиротворения переходить к почти с рыданиями тоске. Это где-то на переходе с филевской на сокольническую случилось, когда уже негде было читать стихи, а "нееееежнооость мой миииилый неееееежноооость" закончилась.
Еще - весна и довольные разнополые парочки, так что я ко всему прочему каждый раз мрачно думаю о судьбах лгбт-сообщества.

А вернувшись домой, я взглянула в лицо смерти. Эта моя корейская мордоброня как региональное правительство: подстраивается так, что "заставь дурака богу молиться". Я понимаю, что в холоде люди бледнеют, но не настолько, не настолько!

01:42 

Посмотрела вот все-таки Годунова. В плохом качестве, во власти решения камеры, когда и что приблизить, но как хорошо. Сижу, улыбаюсь, хлопаю экрану. Надо попросить соседку скачать то, что еще есть.

03:10 

Лида уехала непонятно куда, то ли в Великий Новгород, то ли в Петербург, на телефон не отвечает, мне звонят взволнованные родители, а с подозрительного номера кто-то шлет сообщения "Я в беде!"
Последнее, что она мне написала: "Ха-ха, кака забавна история, я приехала в Тверь и узнала, что следующая электричка в пять утра, зато погуляла, ха-ха".
Да усраться от смеху.
Как можно быть настолько исключительным, ничего, кроме себя, не видящим придурком.

11:42 

Оне на Неве. Много злости.
Ну ладно, не очень много. Только я не понимаю, зачем она высылала мне картинки с новгородским кремлем и злорадствовала. Хотя могла переместиться, наверное: недалеко.

Если мы когда-нибудь сподобимся купить билеты, то я прям-таки опасаюсь ехать с ней в великую Германию. Груз рационализма раздавит ее. Ведь даже серафимы закрывают одной парой крыльев свои глаза.

16:03 

Холод! Холод! В этой комнате холодно! Солнце не светит глаза! Сижу в цветастом свитере, пальцы немеют, нос краснеет, вливаю горячий чай в себя. От восторга написала шесть билетов по латыни.

Живешь так, переводишь текстики для самых маленьких, учишь стихи Катулла, иногда и Горация, а если вдруг снизойдет благодать, понимаешь даже Кикеро или Гая нашего Юлия. Вот, думаешь, это конъюнктив. Это конъюнктив имперфекта, а это - плюсквамперфекта. А вот здесь - кум хисторикум, а там - ут финале. Не финале? Значит объективум. Нет? Тогда конкессивум. Люди мы гибкие, мнение свое можем и поменять.

А потом тебе ставят экзамен на тридцать первое мая, и хитроумными вычислениями становится понятно, что это скоро. Ты имеешь сорок четыре вопроса, свою красивенькую тетрадочку, учебник и словарь лингво. И тут выясняется, что:
ты не помнишь парадигму четвертого склонения,
и пятого тоже,
и в прилагательных двух-трех, хоть восемнадцати окончаний, ты путаешься,
а про степени сравнения помнишь только, что они есть,
а про числительные лучше вообще не думать,
про глаголы volo, nolo и.т.д. - тем более.

А еще есть словообразование существительных и штука про то, когда в третьем склонении номинатив сигматический, а когда нет.
Это так сходу.

Зато я хожу по улицам и бубню вивамусмеалесбияатквамемус.
Хотя надо бы про Торквата.

23:46 

"Роман о Розе" какая-то кошмарная книга. Хотела сделать себе щадящий режим, читать по сто страничек хотя бы - к четвергу успею, да и то не смогла. Прочитала сорок, поняла, что жизнь невыносима, и ушла печь шарлотку. Посреди процесса пришла соседка моя Настя, раскритиковала мою деятельность, послала искать блендер, втайне всыпала разрыхлитель и стояла хихикала. Тяжко жить с разумной двадцатитрехлетней девушкой. Зато теперь у меня есть еда (уже половина еды), а когда еда остыла, стало не так заметно, что там мало яблок.

Я стала как-то много сюда писать. Из-за выходных, наверное. Лет в двендацать у меня была идея "очень часто что-то записывать на протяжении всего дня, чтобы проследить, как меняется настроение!". Идиотская идея. Как оно может меняться. Как захочет, так и поменяется.

Тот красный тюльпан издох. От него отвалились лепестки, но! Ножка выросла в три раза!! Она стала почти доставать до дна бутылочки.
До завтрашнего утра у меня есть веник нераспустившихся ирисов.

23:52 

Мешает нам субъективизм,
Не можем осознать софизм!

Но надо признать, поэтический перевод не настолько высасывает мою душу, как прозаический. Хотя, быть может, Жан лучше Гийома. Никогда не проверить. Читать вторую часть прозой не хочу, перечитывать первую поэзией не буду. Так и останусь неучем.

01:08 

Вот интересно, если почти после каждой встречи с Лидией у меня случается либо приступ ярости, либо истерика, либо и то и другое, проблема все-таки во мне или в ней? Ответ "в обеих" не подходит, потому что он слишком легкий.

Театр "Практика" хороший. Пожалуй, сегодня один из лучших спектаклей, которые я видела здесь. Второй акт немного однообразен и - всё время боязнь, что начнется это обыкновенное слезливо-нравоучительное (прямо или косвенно) о тяготах стариков в деревне, но нет, обошли и справились.

Вербатим. Помнится, Тимофей в таком участвовал и изображал дедулю с огурцами (кажется, как раз в тот странный вечер). Теперь вот настоящий, а не тень. Нет, правда хорошо.
И та доля политизированности, которую я могу воспринимать. На самом деле доля-то велика, но - далека. Не очень точно. Возможно, что-то связанное с отсутствием именно авторской оценки, как у Чосера: этот думает так, а этот так. А мы смотрим в лупу.

Всё больше и больше люблю свою соседку. Просто чудесная.
Бежали после спектакля в ночи в какую-то булочную за чесночным багетом, чтобы успеть до закрытия, но увы - осталась лишь шоколадная солянка. Пришлось ограничиться ряженкой. "Вот, - говорит кассир другому, - это умная девушка. У нее в сумке три книги. Первый раз вижу молодую девушку, у которой в сумке столько книг". Кто-то вслед крикнул нам "Кефир пьют только пидоры!"
Ещё я узнала, что желатин делается из свинячих хрящей. Как! Как!

Моя большая книга Персей подохла. Вчера я уронила сумку с ней - она была в чехле, но все равно. Сначала подохла часть экрана, а теперь совсем вся. Это тоскливейшая вещь - вообще не очень представляю, как всё читать, к тому же у меня там куча файлов с выделенными цитатами.

01:11 

Еще я не дочитала этот роман, и теперь! меня! покарает! сама! Владислава! Юлиановна!

21:05 

Недавно я решила, что ем мало фруктов, и в этот же вечер купила себе грушу. Уже три дня мне лень ее помыть.

Мою тягу к знаниям презрели, отменили все, куда я собиралась сходить. Теперь я не познаю это произведение никогда. О фатум мале!

00:57 

Люблю ездить в аэропорты. Вроде бы сегодня: и такая трясучая маршрутка, и солнце в лицо, но даже обидно, что она доехала за пятнадцать минут, а не за обещанные пятьдесят. С Кольцово всегда также: едешь, и хочется, чтоб он ехал еще и еще, обычно еще темно при этом, свобода и легкость, несмотря на то, что жутковато. И как чудо: когда появляются светящиеся буквы.

И очень странно в итоге никуда не улетать. Ходить, слушать объявления, поесть два раза, забрать пакеты и не улететь. А очень хочется - либо в Екатеринбург, либо просто куда-нибудь.

На обратной дороге, в продвинутой электричке, наблюдала за собой в окно: это мне тоже нравится, отражение в окне всегда и четкое, и нечеткое, и выступают какие-то нежданные черты. Вот как тогда в автобусе из Белорецка вдруг детское, наивное и трогательное. Сегодня - наоборот, такие тонкие губы, и яркие, если улыбаться - лучше и мягче. Еще я узнала, что у меня квадратный подбородок. И совершенно не идут очки. Потерянный усталый взгляд.

Из какой-то части китайской еды несется подозрительный запах. Не могу понять: если нюхать отдельно, то все вполне даже. Зато в электричке чувствовала себя, как тот герой в поезде с французским сыром.
У меня есть странного вида фрукты и конфеты. На фрукты я боюсь даже взглянуть, а конфеты ем. Что-то вязкое и зеленое, что было принято за тесто, которое папа привозил из Японии, но - нет, не оно. Нечто сладкое с привкусом шампуня и с костью внутри, которое чуть не раскрошило мне зуб - боюсь, я все-таки съела фрукт.

23:37 

Я съела волосатый фрукт и фрукт-броненосец.
Еще у меня есть фрукт-серпантин.

01:04 

Бездарнейший день. Ничего не сделала, зато купила билеты, купила - потом подумала.
Немцы драконы какие-то. Не дают нам воспользоваться опытом просвещенного человечества.

00:29 

Только порадовалась, что вмятина на руке исчезла, и ничего не болит при сгибе, и вот снова. Опять на полгода? Там какая-то слишком подвижная кость. Я даже знаю, пожалуй, когда она сместилась: недавно открыла кистью дверь.

Еще я святотатствовала и щелкала китайские семки на учебник Реформатского. Они даже туда умудрились что-то добавить: кажется, ту же мерзкую приправу, что и в мясные конфетки.

Сегодня последняя лекция с ласковым диаконом была. Он в этом семестре совсем нежный. "Ласточки мои, дорогие и любимые, нет у нас времени на учение апостола Павла, придется вам самим прочитать, когда вы станете умненькими"; "Женечка, ты слушаешь, мальчик мой? А то вдруг я зря прихожу, если ты засыпаешь?"
А нынче выяснилось, что мы не совсем дурачки и нам доверяют прочитать откровение Иоанна.
И вправду, ему самые искренние аплодисменты. Сегодня долго не останавливались, а потом стало неловко, и стихли.

21:07 

Я всё понимаю и принимаю, но когда Сепир пишет: "Мы должны быть готовы к радикальному пересмотру нашего представления о флективности!", у меня чувство, как когда распадался ХС, и было это радиовещание - мы переходим на новый уровень! мы переросли канон! - и десятки серьезных людей сидели и слушали, будто это что-то действительно эпохальное.

23:27 

самый лучший в мире человек

Я снова со своими дифирамбами, но не могу! не могу!
Читала конспекты А.Л. сейчас, за зиму десятого класса (вместо того, чтобы слушать аудирование по великому немецкому, да). До слез.
Льду молились.
Ты выскочка, Троцкий!
Про грузинский инцидент. Само собой - про пятое марта.
Еще теперь я вспомнила, на чью могилу плюнули.
"И встал вопрос - довольно странный, но не для России - что делать с телом".

Какие чудесные были сессии в лицее. Мне всегда больше нравились зимние. Хотя и летние - кажется, они были спокойней. Обниматься с игрушкой, путаться, улыбаться, смотреть в синие-синие.
Или в серые. Вот тот самый первый по литературе - жалкие десять билетиков, В.В. кажется еще совсем большой и страшный. Система хахартеров.

В признаках тоталитаризма огромными буквами (они все - огромными буквами) написано "изюминкой сакральной вождь". Я не знаю, из чьей - соловьевской (скорее всего) или моей - головы это вылезло, но надо запомнить.

23:28 

Да, и мне уже несколько лет интересно, как сложилась бы моя жизнь, если бы я увидела А.Л. раньше, чем.

01:02 

Около первого гума цветут яблоньки: это не те яблони, которые цвели во дворе седьмого дома, но все равно - пасмурно, дождь, вполне можно жить.
Интернет ведет себя безобразно. И я, кажется, накачала каких-то вирусов.
Конец семестра не чувствуется. А еще хочется очень много спать.
Иногда - стать социальным животным и подписаться на кого-нибудь. Ходить, комментировать.

Шестнадцать строчек Овидия меня измотали. Нужно еще шестьдясят одну.
Сижу на столе, печатаю, Татьяну это почему-то удивляет.

doppelt-gemoppelt

главная