agem
Я устала, потому что слишком много коммуникаций - хотя я говорила-то пока только с родителями и сестрой. И вообще-то это приятно, но: надо говорить относительно весело, надо говорить про Германию, а еще меня иногда спрашивают о моих планах на жизнь. И про "кризис", потому что пару недель назад я не выдержала и сообщила некоторые детали - ну, самые такие поверхностные. Теперь нужно как-то отвечать, чтобы и не врать и чтобы не казалось какой-то бедой.
Если объективно посмотреть - не так уж и много, но я как-то отвыкла в Берлине от постоянного присутствия людей вокруг.

Зато прилететь было смешно и странно, и очень радостно. Я напала на таксиста, потому что меня поразила мысль, что все вокруг говорят русским языком - и хотелось это проверить и тоже что-то сказать, а таксист был первый человек, на котором это можно было проверять довольно длительное время (ну, так скажем, первый человек-фон). Ну просто я не думала, что когда-нибудь моя жизнь повернется так, что я начну добровольно вступать в диалоги с водителем, задавать придурошные вопросы про погоду и рассказывать, как я плохо везде ориентируюсь.
- А вы где живете?
- Сложный вопрос.
Потом я спродуцировала выражение "Основную часть времени - в Москве", но вообще-то я уже три года не знаю ответ на этот вопрос, а сейчас совсем не знаю.

Еще по сравнению с берлинскими буржуазными апартаментами моя комнатка - очень маленькая. Как-то даже неуютно.
Ну ничего, завтра я пойду в хату в центре Уралмаша, с высокими потолками и обоями, которые ушли первыми.

На самом деле я виляю и виляю, и подвиливаю, но не могу подвильнуть, просто хочется выразиться про всякое такое, но для этого нужно обрести отвагу и снова стать Гераклитом.